Суббота, 24 февраля
Рига +8°
Таллинн +4°
Вильнюс +9°
kontekst.lv
arrow_right_alt Интервью

Министр Инга Берзиня: «Возможно, придется вернуться к вопросу о роспуске думы Резекне»

Инга Берзиня, министр охраны окружающей среды и регионального развития Латвии © Гиртс Озолиньш, Mediju Nams

Предыдущее правительство Латвии вместе с новым министерством климата и энергетики оставило в наследство важный вопрос — не должно ли перераспределение функций между министерствами привести к ликвидации какого-нибудь из них? Наши нынешние руководители этого вопроса не слышат, а жители Латвии, количество которых все сокращается, не могут содержать все увеличивающееся количество чиновников. Если оценивать министерства с этой точки зрения, то сомнения вызывает министерство охраны окружающей среды и регионального развития (VARAM), которое возглавляет представитель «Нового Единства» Инга Берзиня.

Очень часто длинное официальное название — министерство охраны окружающей среды и регионального развития, сокращают до двух слов — «министерство самоуправлений».

Да, такое словосочетание используется, но в контексте деятельности министерства в сфере регионального развития и надзора за самоуправлениями.

Когда нынешнее правительство еще не было юридически утверждено, в повестку моей работы вошел вопрос о Резекне. Этот вопрос вызывал большой общественный интерес, и мы начали его решать. Мэр Резекне был освобожден от должности за существенные нарушения. Никто из глав других самоуправлений не позволял себе ничего подобного, и финансовая ситуация ни в одном другом самоуправлении не была такой, как в Резекне, хотя с трудностями при создании бюджета на 2024 год столкнулись и другие муниципалитеты. Но это нельзя сравнить с ситуацией в Резекне, где доведение почти до неплатежеспособности происходило сознательно.

Избавим от подозрений Резекненский край, в котором есть свое самоуправление. Речь идет исключительно о городе Резекне и его бывшем мэре Александре Барташевиче. Ограничивается ли его ответственность отстранением от должности?

VARAM и министерство финансов обратились в Генеральную прокуратуру и Бюро по предотвращению и борьбе с коррупцией. Будем ждать решений правоохранительных органов. Только что свое заключение представил Госконтроль, и это заключение подтвердило наши выводы.

Мэр ушел, долги остались. Кто их оплатит?

Резекненской думе поручено повторно подать в минфин заявку на стабилизацию финансов. Не исключаю, что в случае, если Резекненская дума не сможет выступить с рациональными и реализуемыми предложениями, придется вернуться к вопросу о роспуске думы.

Начали ли резекненцы понимать, что что-то не так, и что им придется расплачиваться за грехи Барташевича?

Самое важное — чтобы жители не пострадали. Город Резекне должен выполнять установленные законом требования. Самоуправление заверило, что теплоснабжение города будет обеспечено, что разногласия в связи с оплатой труда работников образования решены, и зарплаты выплачиваются в соответствии с правилами правительства, мусор вывозится, улицы содержатся в пригодном для использования состоянии, социальная помощь населению оказывается.

Правда ли, что минус в финансах в Резекне настолько мал, что его можно ликвидировать, перестав поздравлять пенсионеров с днем рождения или прекратив какие-то другие мероприятия по саморекламе руководителей самоуправления?

Нет, минус в финансах большой, восемь-девять миллионов евро, если не больше. Скорее всего, Резекне попросит экстренный заем у Государственной кассы. Вопрос, сколько минфин согласится одолжить и на каких условиях.

Тут возникает вопрос о VARAM как о «министерстве самоуправлений», поскольку решение о деньгах принимает министерство финансов, а оценкой законности деятельности самоуправления занимается и МВД, и министерство юстиции, и Генпрокуратура, и Госконтроль.

Сейчас на государственном уровне за региональное развитие в целом, за развитие самоуправлений и надзор за ними, планирование развития территорий и тому подобные вопросы отвечает только VARAM. С названными выше структурами наши функции по сути не дублируются. И поэтому важнее говорить не о количестве министерств, а о том, что каждое министерство делает. Поле деятельности VARAM весьма обширно. Если все эти работы будут перераспределены, их все равно надо будет выполнять, это касается и вопросов, связанных с работой самоуправлений, и с региональным развитием, и с цифровой сферой, и со сферой охраны окружающей среды.

И все же: разве не происходит дублирование функций между VARAM и министерством экономики — в области регионального развития, и между VARAM и министерством сообщения — в области цифровой политики?

Нет, формирование цифровой политики поручено VARAM, а не министерству сообщения. Министерство сообщения только строит инфраструктуру для цифровой связи. Каналы связи, базовая инфраструктура — это лишь один раздел в реализации цифровой политики. Да, цифровую политику нельзя увидеть — например, как уложенный в землю кабель или поднятый на высоту передатчик, но без цифровой политики никакие сигналы не стали бы распространяться ни по кабелю, ни в эфире. Цифровая сфера в последние годы развивается очень стремительно, и она требует более крупных целевых вложений не только в инфраструктуру, но и в госуправление.

Доступность имеющихся в распоряжении государства данных, развитие новых продуктов, удобные для жителей государственные э-услуги, эффективно управляемая государственная сфера информационных технологий, правовое регулирование, которое поддерживает цифровые инновации, — это лишь несколько примеров. Надзор за цифровыми услугами со стороны государства не имеет прямого отношения к инфраструктуре, но влияет на доступность услуг. Предстоит еще бесконечно много сделать, создавая необходимые рамки — для того, чтобы люди могли подать больничный лист в цифровом виде, получать ответы на многие вопросы, освоить цифровые навыки. Это нечто совсем другое, чем прокладка кабеля.

Услуги, которые чаще всего необходимы обществу, становятся все удобнее и доступнее. В качестве примера можно привести э-рецепты, в скором времени появятся и электронные направления на обследования. В большинстве случаев для этого не требуются специальные инструменты. Банки используют ту же SmartID, поэтому закономерно, что банки хотят отказаться от предоставления государству услуги идентификации. Банки сообщают, что популярность кодовых калькуляторов падает. Большинство клиентов банков уже используют SmartID или э-подпись Mobile, поэтому для них по сути ничего не меняется.

VARAM в сотрудничестве с самоуправлениями обеспечивает работу единой сети центров услуг, где жители, в том числе, и жители, не имеющие цифровых навыков, или у которых нет необходимых инструментов, могут получить поддержку и практическую помощь в использовании цифровых услуг. Это очень хорошая работа, которую мы сделали в конце года!

Результатом этой хорошей работы стали проблемы для людей, им нужно покупать смарт-устройство, загружать в него SmartID и учиться обращаться со всем этим.

Большинство услуг e-veselība, начиная с электронных рецептов, доступны и тем, у кого нет смарт-устройства. Если человек умеет пользоваться кодовой картой или калькулятором кодов, то у него уже достаточно навыков, чтобы сравнительно легко освоить использование электронной подписи Mobile или SmartID.

Уверена, что при использовании этих инструментов пользователи оценят их удобство по сравнению с калькулятором кодов или кодовой картой. Но, следует признать, что наличие базовых цифровых навыков у жителей Латвии (также, как и у жителей других стран) является вызовом. Несмотря на то, что в каждом доме есть компьютер и у каждого в кармане телефон, люди не могут ответить на конкретные вопросы о том, что они должны сделать, чтобы с помощью этих устройств выполнить определенные действия.

Люди не успевают за развитием цифровой сферы в Латвии. Наши достижения подтверждает и наш стратегический партнер — Германия. Министр цифровых технологий Германии в прошлом году пригласил именно страны Балтии для того, чтобы создать инновационную платформу и выдвинуть цели в цифровой сфере для всей Европы.

В области цифровизации услуг госуправления мы обгоняем многие страны, и этот путь нужно продолжать. Например, по доступности государственных цифровых услуг для жителей мы находимся на шестом месте среди стран ЕС.

И все это надо продолжать обязательно в исполнении двух министерств?

По крайней мере, трех, поскольку за кибербезопасность в Латвии отвечает министерство обороны. Дальше идут отраслевые министерства, ответственные за э-услуги и решения в своих ведомствах. Нельзя же требовать, чтобы VARAM или министерство сообщения разрабатывали и систему е-veselībа для минздрава, и решения по э-образованию для министерства образования и науки.

Но министерство здравоохранения со своими потребностями могло бы обратиться не к вам, а в министерство сообщения, если бы в рамках этого ведомства были бы объединены и строительство каналов цифровых услуг, и разработка программного обеспечения?

Могло бы быть по-разному, но есть так, как есть. Зачем менять то, что хорошо работает?

Зачем надо было создавать министерство климата и энергетики и отдавать ему политику окружающей среды?

Перемены необходимы, если что-то происходит не так, как нужно. Да, были проблемы с климатической политикой. Основные направления этой политики до сих пор не утверждены.

Нельзя ли то же самое сказать и о политике окружающей среды?

Сейчас в Латвии закончился процесс переписи природных ценностей. Все охраняемые территории и места обитания зафиксированы. Мы констатировали, по каким показателям Латвия все еще недостаточно осуществляет охрану природы, и как улучшить ситуацию. Доклад подготовлен и будет передан на публичное обсуждение. В нем изложено несколько сценариев того, как Латвия может продвинуться в охране этих территорий.

VARAM выступает за максимальную программу, согласно которой объем охраняемых территорий и биотопов должен быть увеличен до установленного Евросоюзом объема по отношению к площади территории государства и лесов. Мы понимаем, что это будет вопрос дискуссий не только с министерством климата и энергетики, но и с министерством земледелия, министерством экономики и другими учреждениями. Трудно назвать конкретные сроки, но в первой половине этого года публичное обсуждение доклада должно привести к общей точке зрения о том, как мы будем двигаться дальше.

Одно направление — беречь природу от хозяйственной деятельности, другое направление — беречь природу от последствий хозяйственной деятельности в виде отходов.

Самое главное — это не создавать мусор. Не всегда можно избежать создания мусора, но всегда нужно находить способы уменьшить его количество. Нужно использовать экодизайн, нельзя класть один товар в несколько упаковок, надо использовать вещи в течение более длительного времени.

Начиная, по крайней мере, с кризиса 2008 года, вся мировая экономика опирается на искусственно созданный спрос, производя, по сути, отходы: носки, которые изнашиваются через полчаса после того, как их надели, автомобили, которые останавливаются уже через полгода…

Против всего этого направлен налог на природные ресурсы, который возлагает на производителей ответственность за сбор и переработку произведенных ими товаров. Чем больше товаров производители выпускают в оборот, тем больше они должны заплатить. Ставки налога заведомо устанавливаются на очень высоком уровне, чтобы производители были мотивированы не платить этот налог, включиться в систему ответственности, заботиться о дальнейшей судьбе своей продукции.

Прогулка в любом латвийском лесу продемонстрирует нам, что вместо системы ответственности создана откупная система. Производители и торговцы платят, а «зеленые» или «голубые точки» собирают деньги, а не мусор.

В лесах под Ригой я давно не была, а леса в Курземе довольно чистые. Для очистки замусоренных мест много что дают Большие толоки. У каждого леса есть владелец, который должен отвечать за то, что происходит в его собственности. Муниципальная полиция следит за тем, чтобы не возникали нелегальные мусорные свалки. Известны случаи, когда ловили тех, кто выбрасал мусор в лесу. Надо призывать жителей быть ответственными и бдительными. Если вы видите автомобиль, из которого выбрасывают мусор, сфотографируйте его и отправьте снимки в полицию.

Государство заставляет жителей спасать окружающую среду, а само оно не в сосоянии, да и не имеет желания создать общую депозитную систему, в рамках которой деньги за сбор мусора взымаются уже тогда, когда покупатель приобретает новые шины, шифер или солнечные панели.

Это вопрос будущего. Все развивается стремительно и, возможно, что развитие приведет к этому. Но попытки разных стран включить депозитную плату в цены товаров длительного пользования оказались безуспешными.

Есть товары, для которых можно ввести депозитную систему, но есть товары, в отношении которых надо действовать иначе. Например, для сбора поношенной одежды уже сейчас установлены специальные контейнеры.

Установка контейнеров требует минимальных затрат по сравнению с их своевременным опорожнением и переработкой собранного.

Будем надеяться, что мы дойдем и до этого.

Способно ли государство, собрав деньги для системы обхозяйствования мусора (за счет достаточно высокого налога на природные ресурсы), не истратить эти средства на зарплаты чиновников?

Это более широкий вопрос — о том, сколько у Латвии в целом имеется ресурсов, и какие у Латвии потребности. Это связано с ростом Латвии. Пока многое из того, что не оплачивает госбюджет, можно сделать за счет структурных фондов ЕС. Из них на сферу окружающей среды уходит относительно большая часть средств.

То есть, Евросоюз пока дает деньги, а не строго выдвигает перед Латвией задачу — собирать твердые и жидкие отходы?

Это уже разговор не об отходах или окружающей среде в целом, а о покупательной способности и уровне благосостояния жителей Латвии.