Пятница, 23 февраля
Рига +4°
Таллинн +3°
Вильнюс +6°
kontekst.lv
arrow_right_alt Политика

Улдис Пиленс: в правительстве нет места риторике политического детского сада

© MN

Улдис Пиленс на политической сцене Латвии уже давно. Но до последнего времени он держался в тени, на заднем плане и даже за кулисами, хотя разговоры о его президентских амбициях время от времени возникали. В прошлом году он наконец-то вышел в свет рампы и перед выборами в 14-й Сейм создал новую политическую силу — «Объединенный список». Весной баллотировался на пост президента страны, но безуспешно. Чтобы задать ему вопрос: «Кто вы, Улдис Пиленс?», я отправился на Кипсалу, где Пиленс создал свою миниатюрную «республику» — центр Ola.

Кто вы — политик, бизнесмен, архитектор, коллекционер искусства или, может быть, философ, предающийся размышлениям о судьбах мира?

Мне довольно просто ответить на этот вопрос. Я всегда в первую очередь чувствовал себя архитектором. Это определяет и мышление, и все остальное. Главная функция архитектора — создавать. Эта тема творчества проходит через все. То, что я предприниматель, является темой, определенной временем. Тогда, когда наступают времена больших перемен, происходит привязка к политике. Именно в таком порядке. Архитектор, предприниматель, политик. Я — активный гражданин Латвии, моя с основная профессия — архитектор, и у меня большой интерес к тому, как Латвия будет развиваться в будущем в политическом и хозяйственном измерениях.

Давайте посмотрим на ситуацию в политическом аспекте. Разве это не было ошибкой: сформировать политическую силу — «Объединенный список», но в конце концов самому не войти в кандидатский список на выборах Сейма?

Это зависит от того, в какой перспективе смотреть. С моей точки зрения, это не было ошибкой. В Сейме идет специфическая законодательная работа. Это требует как специфических навыков, так и черт характера, позволяющих работать с юридическими документами. Должно быть и осознание миссии выполнять такую работу, и желание. Необходима и серьезная юридическая подготовка, потому что это работа законодателя. Я всегда был либо творческим человеком в своей профессии, либо работал в исполнительных структурах. Был главным архитектором Лиепаи, руководителем разных предприятий.

Я хорошо понимаю свою роль, если я — один из инициаторов создания акционерного общества. Это то, что я умею как руководитель проектов. Собрать все вместе, чтобы прийти к конкретному результату. На мой взгляд, результаты «Объединенного списка» на выборах оказались очень хорошими, учитывая то короткое время, которое было в нашем распоряжении для того, чтобы объединить три политические силы.

Когда я говорю об ошибке, я не имею в виду выборы. Я думаю о той ситуации, которая сложилась сейчас. Среди политических наблюдателей царит почти единодушие по поводу того, что больше всех в летней политической суматохе проиграл именно «Объединенный список». Что вы можете на это возразить?

Я мог бы рассказать две шуточные истории, которые мне нравится вспоминать в подобных ситуациях. Первая: когда одного из предыдущих лидеров Китая спросили, как он оценивает итоги Великой Французской революции, тот ответил: еще рано судить, прошло слишком мало времени... Поэтому я бы не спешил с навешиванием ярлыков, кто является самым большим проигравшим, а кто — самым большим победителем. В библейских текстах сказано: будут первые последними, а последние первыми.

Есть еще одна китайская шутка или притча: у крестьянина однажды ночью пропала единственная лошадь. Соседи говорят: о, как тебе не повезло! Через пару дней пропавшая лошадь вернулась и привела с собой стадо диких лошадей. И соседи говорят: о, как тебе повезло! После этого единственный сын крестьянина сломал ногу. Все опять говорят: о, как тебе не повезло! А потом начинается война, и всех призывают в армию, кроме сына, у которого сломана нога, и опять соседи говорят: о, как тебе повезло! А сам хозяин все время говорит: посмотрим, еще ничего нельзя знать.

Поэтому ни одно событие не следует оценивать как стоп-кадр. Все это эволюционные процессы. Я всегда подчеркивал, что я не революционер, а эволюционер. Садовник сначала готовит почву, сеет семена, потом проходит установленный природой процесс зарождения и роста, и только потом появляется сад. Мы находимся в самом начале процесса. Если оценивать ситуацию на короткой дистанции, то может показаться, что все именно так, как вы говорите, но мне, оценивающему происходящее на средней и длинной дистанции, так не кажется.

Ладно, поговорим в долгосрочной перспективе. Я давно наблюдаю за политикой и заметил, что политические силы с такими расплывчатыми названиями, как, например, «Объединенный список», недолговечны.

Хотел бы возразить. Если мы посмотрим на политический ландшафт Латвии, то увидим, что Национальное объединение — это объединение нескольких политических сил, также и Союз зеленых и крестьян, и другие партии.

Но я говорю не о том, что несколько партий объединились в одну, а о названии. О фирменном знаке.

Да, да. Мы дойдем и до названия. Чисто философски: когда для страны или региона наступают трудные времена, то всегда самое лучшее решение — объединить силы. Сейчас мы видим это в Израиле. Все политические интриги исчезают в тот момент, когда нация должна объединиться. Ситуация в Латвии существенно изменилась после вторжения России в Украину 24 февраля 2022 года. Через неделю после этого я распространил видеообращение к своим работникам, главный мотив которого был таким: Россия развязала войну, это геноцид против украинского народа. Мое место — здесь, в Латвии, вне зависимости от того, как будет развиваться ситуация.

Это был мотив, который заставил объединить усилия. На тот момент еще ничего не было ясно, и были люди, которые переводили счета в иностранные банки. Я пришел с четкой позицией: мое место здесь, вне зависимости от того, что будет. Исходя из этого аспекта, я намерен отстаивать идею названия «Объединенный список». Когда для народа наступают трудные времена, надо объединять силы. Те, кто были готовы объединиться, создали продукт, который теперь проходит проверку временем. Не говорю, что название «Объединенный список» высечено в камне, но для сегодняшнего времени это, на наш взгляд, лучшее возможное название.

Продолжим в долгосрочных категориях. Каким вы видите будущее «Объединенного списка»?

Философский смысл названия состоит в объединении сил в интересах Латвии. В этом заложен генетический код. Думаю, что у «Объединенного списка» очень хорошее будущее. Мы начинаем подготовку к выборам в Европарламент. Нам предстоит серьезная работа по подготовке к муниципальным выборам, на выборах следующего Сейма надо добиться лучших результатов, чем на прошлых выборах.

Насколько тесно и регулярно вы контактируете с теми представителями «Объединенного списка», которые участвуют в активной политике?

Основной юридической базой «Объединенного списка» является созданная тремя партиями — Латвийским объединением регионов, Латвийской зеленой партией и Лиепайской партией -— политическая сила, которая заключила договор с созданным мною обществом активных беспартийных людей.

В состав «Объединенного списка» входят 10 человек: четверо из Латвийского объединения регионов, четверо из Латвийской зеленой партии и двое из Лиепайской партии. Теперь у «Объединенного списка» в Сейме 14 депутатов. Как известно, один [Игорь Раев] вышел из фракции и стал независимым депутатом. На мой взгляд, это небольшой отсев, поскольку к быстро собранной политической силе могло присоединиться больше думающих по-другому людей.

Моя роль состоит не в том, чтобы юридически находиться в этой надстройке, а чтобы регулярно напоминать о ценностях, удерживать центральный вектор и не позволять отклоняться в сторону в ходе тактических политических интриг. И чтобы все это было условно легитимно, я предложил депутатам фракции «Объединенного списка» провести анонимное голосование по поводу моей деятельности в «Объединенном списке». Предлагались три варианта ответов: а) как до сих пор; б) только в кризисных ситуациях; с) спасибо за работу, достаточно. Большинство выбрало первый вариант, остальные — второй, а третий не выбрал никто.

Я понимаю свой мандат так: быть рядом с «Объединенным списком» и в хорошие, и в трудные дни. Особенно в трудные. Чтобы помогать в долгосрочной перспективе следовать главному пункту нашей программы — работать для развития Латвии, для существования Латвии в этой сложной геополитической ситуации.

Когда я спрашивал о ваших контактах с «Объединенным списком», я имел в виду не столько философский или юридический аспект, сколько чисто практический. Как часто вы общаетесь с представителями «Объединенного списка»?

Только что у нас состоялся выездной семинар, на котором встретились все депутаты фракции, правление «Объединенного списка», и я тоже был приглашен. Так что могу сказать, что мы встречаемся довольно регулярно. Эти встречи являются консультативными, ни в каких голосованиях я, конечно, не участвую. Также я не вмешиваюсь в оперативные дела фракции. Моя задача — быть рядом и помогать своими советами и опытом в серьезных вопросах.

Актуальна ли идея о сближении с Национальным объединением, с которым в Сейме у «Объединенного списка» сложился весьма тесный блок?

Я бы все-таки избегал слова «блок». У обеих партий — «Объединенного списка» и Национального объединения — есть своя шкала ценностей, в которой доминирует идея устойчивого существования национального государства, тема латышского языка. В этом мы полностью совпадаем.

При формировании предыдущей коалиции и правительства у нас с ними совпало мнение по поводу того, что «Прогрессивные» не должны быть в правительстве, так как это может закончиться большой катастрофой. Те ценности, которые опираются на подхваченные где-то идеи, опасны для небольшого национального государства, которое борется за существование своего языка, за свою способность существовать во времена больших перемен.

А система ценностей, построенная на идее национального государства, чрезвычайно важна для нас, и она сближает нас с Национальным объединением. И та политика сделок, которую мы наблюдали, начиная с 10 мая, была неприемлема для Национального объединения и для нас тоже. Это означает, что попытка предложить Латвии основанную на ценностях политику является объединяющим фактором. Но правда и в том, что нас нельзя назвать блоком, потому что наверняка будут различия в тактике реализации этой системы ценностей.

То есть ни о каком объединении сейчас речи не идет?

Этого нет даже на уровне идеи. Ни о чем подобном я не слышал и не вижу в этом необходимости. Несмотря на то, что и мы, и Национальное объединение являемся национально-консервативными силами, у Нацобъединения есть своя ранняя компонента — ДННЛ, крыло Эдвинса Шноре и Александра Кирштейнса, а у нас больше, скажем так, инклюзивной составляющей. Такого современного консерватизма, который лично мне симпатичен.

Вы считаете правильным, что не вошли в список кандидатов в депутаты Сейма. Но вы участвовали в президентских выборах, и если бы вы были депутатом, у вас было бы больше возможностей повлиять на результаты этих выборов в благоприятном для вас направлении.

Я бы с вами не согласился. Если мы посмотрим на результаты президентских выборов, то все определила железная партийная дисциплина. Так как было четко обозначено и уже реализовывалось соглашение от 10 мая, то результат после этой даты был уже в принципе понятен. Также было ясно, что Эвика Силиня станет премьер-министром. Почему именно она, можно подискутировать. Правда, там есть еще один важный момент.

Когда «Объединенный список» выдвинул меня кандидатом в президенты, единственным кандидатом, предложенным коалицией, был Эгилс Левитс. Но мы уже до этого говорили, что у нас будет свой кандидат. Вначале это даже был не я. Нам было совершенно ясно, что избирать на второй срок весьма непопулярного президента — это не соответствующее времени решение. Учитывая, что до последнего момента господин Кариньш настаивал на том, что три партнера по коалиции должны договориться о Левитсе, «Объединенный список» призвал меня, и я после размышлений согласился выйти на площадку этого соревнования.

Если смотреть на конечный результат, то в Латвии новый президент, и это не господин Левитс. Соревнование было достаточно содержательным и, на мой взгляд, достаточно интеллектуальным и корректным. Латвийское общество от этого только выиграло. Что же касается господина Кариньша, то мы видим, что он отчаянно борется за место в Брюсселе. Предыдущую коалицию всячески провоцировали, чтобы кто-то из партнеров не выдержал, «взорвался» и появился повод свергнуть действующее правительство и сформировать другое. Это Кариньшу не удалось, и ему пришлось подать в отставку самому. Теперь мы видим его отчаянную борьбу за пост комиссара, в ходе которой он уже сейчас вступил в гонку со вторым ключевым человеком «Единства» — Валдисом Домбровскисом, а Домбровскис обладает большим авторитетом в Европе и мире.

Вы предлагали «подискутировать» о том, почему именно Эвика Силиня стала премьер-министром, и допускаю, что вы имели в виду именно контекст этого соревнования.

Да, поскольку может возникнуть вопрос, почему премьером не становится руководитель партии. К тому же руководитель партии, который обеспечил такие хорошие результаты на выборах.

Вы имеете в виду Арвилса Ашераденса?

Конечно, это было бы волне естественно и логично с точки зрения европейской политической культуры… Очевидно, что перед Эвикой Силиней, которая была парламентским секретарем господина Кариньша, стоит очень конкретная задача: обеспечить господину Кариньшу беспроблемный старт на должность комиссара.

Это и определило пять приоритетов господина Кариньша, в числе которых доминировали вопросы, которые могли бы обеспечить ему необходимые голоса в либеральном крыле Европарламента. Это Стамбульская конвенция, климатический курс, строгая экономия бюджета в сферах образования и здравоохранения, котировка государственных предприятий на бирже. Теперь это уже перешло в открытую конкуренцию с Домбровскисом, который в интервью Латвийскому телевидению сказал, что с удовольствием продолжил бы хорошо начатую работу.

Не думаю, что господин Кариньш был бы лучше Домбровскиса, так как лозунги Кариньша не свидетельствуют о глубоком понимании вещей. Например, придуманное им выражение «трансформация экономики». Поначалу вообще не было понятно, о чем речь. Сейчас, выступая в Страсбурге, Кариньш рассказывает, что отправил свое правительство в отставку едва ли не для того, чтобы можно было продвигать ратификацию Стамбульской конвенции. Правда, эта цель не значится ни в программе «Нового Единства», ни в договоре о создании предыдущего правительства. Этого нет даже в декларации правительства Эвики Силини, и это свидетельствует о том, что Кариньш не представляет мнение большинства латвийского общества.

Поэтому начатая им борьба с Домбровскисом не является ни дальновидной, ни направленной на защиту интересов Латвии. На фоне последних событий, когда мы выходим на совершенно другой уровень конфронтации — я имею в виду брутальное вторжение ХАМАС в Израиль с огромным числом жертв — мы не должны быть политическим детским садом, который не может позиционировать себя в системе западных ценностей.

В следующем году состоятся выборы в Европарламент. Вы не планируете в них участвовать?

Нет. Определенно нет. Но мы работаем над тем, чтобы у нас был очень сильный список кандидатов.

Вы часто говорите о сложной геополитической обстановке, об аспектах безопасности. Сейчас сложилась странная ситуация: министр культуры открыто призывает пересмотреть принятую этим же правительством концепцию национальной безопасности, да и сама глава правительства Эвика Силиня очень расплывчато высказалась о том, что эту концепцию можно и не выполнять. Как вы прокомментируете такую непоследовательность?

Это и есть тот момент опасности в данной модели коалиции, о котором предупреждал «Объединенный список». А именно — почему «Прогрессивным» нет места в этой концепции национальной безопасности государства. Эти последние события, эта геополитическая ситуация создают новую основу нашего видения безопасности. Мы только в самом начале, мы входим в новый цикл, который заставит фронты ценностей обозначиться точнее.

Мне такие высказывания госпожи министра и госпожи Силини кажутся несоответствующей нынешнему времени риторикой, как я уже говорил, риторикой политического детского сада, а не серьезным выражением своей позиции. Нам следовало бы четко и недвусмысленно продемонстрировать и обществу, и нашим союзникам, что мы серьезно относимся ко всем вопросам, связанным с национальной безопасностью. Концепция национальной безопасности в архитектуре безопасности является одним из центральных элементов.